«Дельфин Лео умер от непредсказуемой аллергической реакции» — руководитель Приморского океанариума Вадим Серков

«Дельфин Лео умер от непредсказуемой аллергической реакции» — руководитель Приморского океанариума Вадим Серков

Из четырех привезенных в Приморский океанариум дельфинов двое так и не дождались открытия. А двоих оставшихся нельзя переводить в новый корпус из-за инфекции. Помогут справиться с проблемой ведущие ученые Приморья. А публике будут показывать новых животных из Японии. О том, как сейчас обстоят дела в Приморском океанариуме, рассказал его руководитель Вадим Серков.

Поводом для интервью стало информационное письмо, попавшее в распоряжение редакции. Документ был распространен среди сотрудников океанариума в середине минувшего года. В нем говорится, что в конце мая 2015 года анализы трех оставшихся в научно-адаптационном корпусе дельфинов были направлены в лабораторию водной микробиологии Лимнологического института Иркутска. Анализ высокоточным методом полимеразной цепной реакции показал наличие синегнойной палочки на коже двух дельфинов холодноводного зала и в крови всех трех дельфинов НАК.

«Установлено, что штаммы, обнаруженные у животных холодноводного зала, способны продуцировать экзотоксин А, вызывающий местный некроз и способствующий распространению инфекции по кровеносным и лимфатическим сосудам», — говорится в информационном письме, составленном по итогам проведенной экспертизы.

В документе сказано, что у самца из холодноводного зала синегнойная палочка присутствовала в крови сразу после проведения курса антибиотиков, что говорит об устойчивости штамма к лечению. Самец, о котором идет речь — афалина Лео, погибший в середине января этого года. Также наличие синегнойки на коже дельфинов указывало на устойчивость бактерий к хлорированию.

«Таким образом все дельфины НАК инфицированы синегнойной палочкой. Два из трех дельфинов являются носителями госпитальных штаммов и представляют эпидемическую опасность для работающего с ними персонала. Перевод дельфинов из НАК в главный корпус недопустим, поскольку приведет к заносу туда возбудителя синегнойной инфекции, устойчивого к действию антибиотиков и дезинфекторов», — говорится в сообщении.

Поскольку этот документ был написан еще в мае прошлого года, корреспонденты VL.ru обратились за более актуальными комментариями к руководителю учреждения Вадиму Серкову и попросили рассказать, как сейчас обстоят дела в научно-адаптационном корпусе.

— Вадим Михайлович, по какой причине синегнойка получила такое распространение в НАКе?

— Нельзя говорить о «таком распространении». Давайте начнем с того, что синегнойная палочка — это условно-патогенная бактерия, она есть во всех средах, в том числе и у вас на руках. Опасна она становится при снижении у человека или животного иммунитета. Но никто не знает, насколько этот микроб патогенен для морских млекопитающих. Я считаю, что история с синегнойной палочкой была раздута, чтобы создать информационную бомбу.

— По какой причине умер дельфин Лео?

Синегнойная палочка тут не при чем. Стопроцентный диагноз дать невозможно. По всей видимости, причиной стала аллергическая реакция. На это указывает то, что дельфин чувствовал себя хорошо. Он умер спустя несколько минут после приема пищи. Вскрытие показало спазм третьего отдела желудка. Все остальные внутренние органы были в норме. Считаем, что это была аллергическая реакция, которую трудно было предсказать.

— Исходя из информационного письма, Лео был заражен штаммом антибиотикоустойчивой синегнойной палочки…

— Нет, не заражен. Когда мы употребляем слово «заражен», подразумевается, что он болен какой-то инфекцией, которая точит его здоровье. Но он был просто носителем. А курс антибиотиков он проходил для лечения от другой болезни. А синегнойная палочка могла повредить ему только в случае сильного снижения иммунитета.

— Мог ли повлиять на его иммунитет конфликт, который произошел у него с самкой Клео, с которой они содержались в одном бассейне?

— Еще осенью самка проявила повышенную агрессию к Лео, и их разделили в бассейне металлической перегородкой. Лео получил царапины, у него была депрессия, а мы его вылечили, восстановили, к нему вернулся хороший аппетит, все было нормально. Тот конфликт никак не мог стать причиной гибели дельфина. Повторюсь, причиной стала аллергическая реакция.

— Насколько качественную рыбу вы закупаете для животных?

— Только качественную! Вы себе не представляете, сколько нам приходится бороться и спорить с поставщиками, которые считают, что животным можно сбросить любую рыбу, залежавшуюся на складе. Мы часто возвращаем рыбу, которая имеет признаки повреждений.

— Поставки всегда своевременные?

— Рыбой животные обеспечены. Но поставки не всегда своевременные. Есть поставщики, которые нарушают сроки. Но мы стараемся держать стратегический запас замороженной рыбы. А случаи неисполнения контрактов были.

— И все же. Синегнойная инфекция в НАКе есть?

— Самое главное, что синегнойной палочки нет в воде. Это показали последние результаты исследований. Она обнаружена в крови у дельфина Лео и на коже у остальных дельфинов.

Да и анализы тоже можно по-разному сделать — можно взять соскоб с кожи и обычными методами ничего не обнаружить, а можно сделать ПЦР анализ. Мы его делали для того, чтобы самим разобраться, что происходит с нашими животными. Я уверен, что коммерческие дельфинарии даже не стали бы этим заморачиваться. И мне жаль, что такая благая цель вышла за границы учреждения и была подана в таком негативном свете. Если бы мы этого не делали, не выделили бы деньги, не командировали бы специалиста в Иркутск, никто бы не сказал, что у наших дельфинов обнаружена синегнойная палочка в крови и на коже. И потом, мы обратились в специальные научные учреждения, чтобы выяснить антибиотикоустойчивость этого штамма и определить, как вылечить животных, под этим тоже есть благая цель.

— Как боролись с инфекцией?

— Мы провели перехлорацию бассейнов и системы жизнеобеспечения: сливали воду, дезинфицировали дно и стенки бассейнов, а потом воду с повышенной дозой хлора гоняли по трубам, чтобы уничтожить инфекцию. Вода очистилась полностью.

— А в вольерах ластоногих обнаруживали синегнойную инфекцию?

— Нет, там ее нет.

— Какая судьба ждет двух оставшихся дельфинов, которые сейчас обитают в НАКе — Клео и Васю?

— Поскольку они являются носителями штаммов, запускать в главный корпус мы их не будем. Мы будем пытаться избавить животных от инфекции. Но если поставить это самоцелью, можно просто погубить дельфинов, потому что синегнойная палочка сама по себе условно патогенная. Надо не бороться с ней, а повышать иммунитет животных. Летом температура воды в Амурском заливе позволяет перевести животных в открытый вольер в море. Солнце и свежая вода действуют оздоровительно на них.

— Так все же они представляют опасность, если решено не переводить их в главный корпус?

— Ситуация с этими дельфинами стала настолько скандальной, что переводить их сюда уже опасно для имиджа самого учреждения. Ведь если с ними что-то случится, скажут, что перевели больных зараженных животных, уже никто не примет во внимание то, что я сейчас говорю.

— С этими дельфинами продолжают работать тренеры. Это безопасно для персонала?

— Самое главное, что инфекции нет в воде. Но важно, чтобы иммунитет у самих тренеров был крепкий, тогда инфекция на коже дельфинов будет для них безопасна. Нашим тренерам запрещается выходить на работу при любых признаках снижения иммунитета.

— Этих дельфинов готовили для выступления?

— Да, действительно, очень грустно, что мы не можем показать, чему обучились наши дельфины, у них прекрасная подготовка.

— Может, вам удастся вылечить животных до открытия?

— Большие надежды мы возлагаем на сотрудничество со специалистами Института биологии моря в составе Национального научного центра морской биологии. Но пока ученые нам не дали рецепта, как избавить животных от синегнойной палочки. Необходимы исследования.

— А как с этим справляются в других дельфинариях?

— В других дельфинариях на этом даже не заморачиваются. И очень жестко наказывают за вынос информации из стен учреждения.

— Кого тогда будете показывать на открытии океанариума?

— Есть планы закупить еще нескольких дельфинов из Японии. Но пока подробности раскрывать не могу, контракт в процессе заключения. Будем надеяться, что все получится.

— Где будут содержать новых животных?

— Они сразу будут заселены в новый корпус. НАК изначально не предназначен для длительного содержания животных. Он был нужен для карантина и адаптации. НАК был открыт в 2012 году, чтобы заселить туда животных перед саммитом, адаптировать и обучить их, ведь на открытии надо было что-то показывать. Но вот задержались. Нашей вины в этом нет. Со своей стороны мы прилагали все усилия, чтобы животным было хорошо.

Вадим Серков рассказал, что новый и постоянный «дом» для дельфинов уже практически готов. Крытый дельфинарий главного корпуса океанариума станет одним из самых больших в мире из себе подобных. Площадь водного зеркала составляет 800 кв. м, глубина бассейна 9,5 метров, количество зрительных мест — 800. С двух сторон от главной «арены» расположены бассейны поменьше, где млекопитающие будут находиться в перерывах между выступлениями. Под трибунами дельфинария находятся вольеры для ластоногих, которые также будут участвовать в представлении.

С обратной стороны дельфинария расположен бассейн для дельфинотерапии. Однако, по словам Вадима Серкова, этот бассейн пока будет закрыт. Для лечебных целей нужно будет привозить специальных дельфинов.

Напомним, четверых дельфинов — Васю, Флори, Лео и Клео — привезли в океанариум в 2012 году. Тогда ожидалось, что животных подготовят для выступления перед гостями саммита АТЭС. В том числе и перед президентом Владимиром Путиным, который к тому моменту уже много лет ждал открытия океанариума, спрашивал о нем у двух приморских губернаторов и лично контролировал строительство. Он неоднократно посещал объект — кормил афалин живой рыбой и жал ласты моржам. Дельфинов тогда еще было четверо, а моржей — двое.

К сентябрю 2012 года объект сдать не успели. Последовала серия разоблачений, судов и громких посадок руководителей строительства. А дельфины продолжали содержаться в двух тесных бассейнах тепловодного и холодноводного залов научно-адаптационного корпуса. Первой испытаний не выдержала дельфин Флори. Она умерла больше года назад. По словам сотрудников океанариума, она долго мучилась и болела. Официальная причина смерти — воспаление легких. Дельфин Лео умер 15 января этого года. Официальная причина смерти — аллергическая реакция. Также не дождались открытия океанариума моржиха Тора, калан, две байкальские нерпы и две белухи.

 



Источник: NEWSVL.ru [ www.newsvl.ru ]

Новости партнеров

Loading...

Добавить комментарий

*ВНИМАНИЕ! В комментариях на сайте vestiprim.ru запрещено размещение сообщений, содержащих заведомо ложную информацию, клевету, нецензурные слова, оскорбления в адрес кого-либо. Запрещено размещать информацию, способствующую разжиганию религиозной, расовой и национальной розни. Запрещены сообщения, призывающие к экстремистской деятельности. Все подобные сообщения будут удаляться администрацией сайта.
Пожалуйста, будьте взаимно вежливы и уважайте мнение друг друга.


Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Пройдите проверку:




Детские Вести


Школа телевидения


Спорт: Приморье


Владимир Миклушевский. Блиц


Азия за неделю


Это выгодно!


Специальный репортаж


Отдых у моря