Трое суток в сугробе: как приморские орнитологи спасали японского журавля. Специальный репортаж Виктории Шандыбиной

Трое суток караулили в сугробе. Приморским ученым наконец-то удалось поймать журавля, который остался на зимовку в районе поселка Рудная Пристань. По пути на юг пернатый заплутал и мог погибнуть из-за сильных морозов. Спасательная операция длилась больше двух месяцев. Местные удэгейцы ездили на рыбалку чтобы поймать птице свежей рыбы, в орнитологи изобретали новые ловушки, чтобы поймать краснокнижного.

Из минус тридцати в комфортные плюс двадцать. Краснокнижный японский журавль больше двух месяцев провел в заснеженной тайге и выжил.

Птицу по имени Квотер выпустили прошлой весной из Муравьевского парка в Амурской области. Там разводят краснокнижных пернатых и подселяют их к диким сородичам. Годовалый самец не смог влиться в стаю и по неопытности заплутал по пути на юг. За сутки преодолел почти тысячу километров из Китая до поселка Рудная Пристань. Там и остался зимовать на кукурузном поле.

Когда остатки зерна замело, а река, где птица ночевала, замерзла, ученые забили тревогу.

Сергей Сурмач, старший научный сотрудник лаборатории орнитологии ФНЦ Биоразнообразия ДВО РАН:
"Ловить птицу нужно было обязательно. Изначально этот вопрос был под сомнением, потом, когда стали с ним работать, выяснилось, что самостоятельно он до весны не дотянет. Журавль остановился в точке, в которой отсутствует пролет журавлей. А хотелось бы, чтобы он перезимовал и мог вернуться в места гнездования. В отсутствие сородичей ему будет очень трудно это сделать".

Больше двух месяцев безуспешно пытались поймать журавля с помощью различных ловушек. Осторожная птица каждый раз ловко обходила все веревки и петли, заставляя ученых изобретать все новые системы отлова.

Сергей Сурмач, старший научный сотрудник лаборатории орнитологии ФНЦ Биоразнообразия ДВО РАН:
"В орнитологии довольно много способов отлова птиц, в зависимости от того, с каким видом имеешь дело. От автоматических всяких приспособлений до использования химических веществ, которые временно усыпляют птиц. Это вполне нормально. И для японского журавля разработана методология, какие вещества в какой дозировке нужно подмешивать в пищу, чтобы птица заснула и ее можно было безболезненно взять. С журавлем проделать это нельзя было, потому что зимой были риски, что птица может сместиться на какое-то расстояние, заснуть и замерзнуть".

Купили даже оборудования для метания сетей. Усовершенствовали спусковой механизм, подобрали подходящий размер полотна, но Квотер к себе не подпускал. Пришлось построить снежное укрытие. Орнитолог Сергей Сурмач провел в сугробе трое суток.

Сергей Сурмач, старший научный сотрудник лаборатории орнитологии ФНЦ Биоразнообразия ДВО РАН:
"Это скрадок. Он оборудованный, там можно было лежать, спать. Там довольно тепло. Температура внутри скрадка выше внешней градусов на десять. Журавль - птица очень осторожная. Следовало избежать любых звуков и шуршаний. Мы не могли себе позволить открыто наблюдать за птицей. Чтобы знать, когда использовать ловушку, нужно было знать, в какой момент мы можем это сделать, не знаю, что происходит снаружи. Использовали не камеру, а эндоскоп, который использовали в медицине. Такая маленькая штучка, которая сквозь сугроб была выставлена наружу. И в мониторе внутри скрадка можно было видеть, что происходит снаружи. И когда птица подошла очень близко мы использовали снасти".

В течение всей спасательной операции ученые и волонтеры подкармливали птицу. Местные жители Михаил Чернышев и удэгеец Иван Кялунзига привозили зерно и свежую рыбу. Навесить подопечного в центр реабилитации диких животных «Тигр» Иван приехал вместе с семьей и привез гостинцы.

Иван Кялунзига, житель г. Дальнегорск:
"Это с Духово. Я туда ездил специально ловить эту рыбку песчанку. Приезжал и все время кормил. Он у нас появился пятого декабря на полях. Мой хороший друг сказал, что надо съездить его подкормить. Они первые с орнитологом его нашли. Мы поехали и увидели на поле. Такой большой. Как страус, белый. Красивый. И вот мы его два месяца там подкармливали. Сначала давали овес, гречку, перловку. Но больше всего ему понравилась кукуруза. Вокруг него появилось много других птичек. Три фазана с ним жили, девять соек, парочка голубых сорок. Мелкие птички. Вот они овсянку его кушали.

- А вы два месяца каждый день туда ездили или как?

- Когда были морозы каждый день. Потому что переживали — вдруг замерзнет: Вдруг срочно понадобится помощь?"

Иван Кялунзига, житель г. Дальнегорск:
"Когда выходили на поле и видели, что его нет, думали, неужели улетел или что случилось. Начинали его искать по протоке, а он там ходит, камушки ковыряет, где воды еще не замерзла.

- Он вас боялся, убегал от вас?

- Если подходишь к нему аккуратно и в руках держишь рыбу, он запах чувствует и он подходит метра на три. Но ближе не подходил, боится. Все таки дикая птица".

Еще несколько месяцев журавль проведет в центре «Тигр». Благодаря стараниям ученых и волонтеров птица чувствует себя отлично.

Алексей Юстус, сотрудник МРОО «Центр Тигр»:
"При поступлении ветеринар провел осмотр - птица не истощена. Видимо подкармливали хорошо. Оперение на месте. Кормим два раза в день, утром и вечером. Иногда подкидываю, можно сказать, витаминов. Мелко режу капусту, морковку. Вроде все кушают. Зерно даем, кукурузу".

Сейчас Квотер живет в теплом домике вместе с еще одним сородичем по имени Жура. Этого японского журавля в Алексеевку привезли птенцом еще летом. Птица прошла реабилитацию, но в природу ее не выпустили. Пернатый был слишком мал для самостоятельной жизни и остался на зимовку.

Алексей Юстус, сотрудник МРОО «Центр Тигр»:
"Пока они живут через перегородку, потому что мы не знаем, как они будут вместе. Наблюдаем тенденцию, что они между собой общаются, разговаривают на своем, курлычат. Думаю, что через какое-то время мы откроем перегородку, и они уже будут вместе".

Анна Сердюк, старший координатор проектов по ООПТ Амурского филиала Всемирного фонда дикой природы:
"Японский журавль — один из самых редких журавлей, которые гнездятся в бассейне Амура. Гнездятся они у нас в России и в Китае. А зимовать улетают на границу между Северной и Южной Кореей.

Выпускать их будут как раз-таки на месте, куда птицы прилетают после зимовки. В том числе озеро Ханка и водно-болотные угодья вокруг него — одни из самых лучших для выпуска. Потому что весной они там скапливаются, образуют пары. Кто образовал пары — гнездятся, а кто не образовал в этот год — улетают дальше. Остаются в Приморье, либо улетают в Хабаровский край или Еврейскую автономную область".

Следить за судьбой журавлей будут с помощью передатчиков, их установят на прощанье. Специалисты надеются, что в этом году Квотер выберет для зимовки более теплые края.

Источник: "Вести:Приморье" [ www.vestiprim.ru ]

Ваша оценка данного материала:

Загрузка...
Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 90 дней со дня публикации.