«Особый взгляд с Андреем Островским». Мартовские иды. Великое восточно-японское землетрясение. Планетарная пандемия COVID
«Особый взгляд» - авторская программа приморского журналиста, публициста и краеведа Андрея Островского. Современная интерпретация событий прошлого, которые повлияли на ход истории Приморья, а также анализ текущих политических и социальных явлений.
Добрый день! Как всегда, в это время в эфире программа «Особый взгляд с Андреем Островским». На календаре – середина марта, тот самый временной отрезок, который вот уже более 2 тысяч лет, а если точнее с 44 года до нашей эры, с момента убийства великого римского властителям и полководца Гая Юлия Цезаря называется мартовские иды. Впрочем, что нам до Юлия Цезаря, при всем его величии, когда у нас самих полно примет, связанных с этими днями. Так, в центральной полосе России, откуда к нам, собственно, вместе с переселенцами больная часть примет и пришла, середину марта обозначают поговоркой: пришло время медведю просыпаться и вылезать из берлоги. Однако, у нас тут далеко не центральная полоса; приметы и последовательности свои и выглядят они – в частности, как я их понимаю в силу южно-приморского житейского опыта – следующим образом. На минувшей неделе появились первые подснежники; самые первые видел своими глазами 9 марта – к празднику они из-за холодной первой недели весны чуть не успели – на полуострове Шкота, на самом юге Русского острова. Праздник подснежников, по наблюдениям длится недели две. На смену ему придет время сбора березового сока, стало быть, начнется этот сезон примерно через неделю, дней через десять. Как только отойдет березовый сок, а это уже ближе к концу марта, началу апреля – полыхнет багульник. Как было сказано другим автором и по другому поводу – праздник, который всегда с тобой. Потому что нет такого сердца, которое не тронула бы трепетная нежность сиреневых лепестков на фоне еще пустого черного леса. А как только отцветет багульник, придет время сбора самой первой и самой долгожданной черемши. Как подумаю об этом, так, простите, слюни набегают. Вот такой примерно алгоритм, в рамках которого и будем жить примерно ближайший месяц-полтора. А там уже май, настоящая теплынь и прочее счастье. Это и есть настоящие приметы весны по-нашему, по дальневосточному, по приморскому.
Об одной из главных памятных дат завершающейся недели все уже вспомнили, а кто не вспомнил, тому напомнили местные СМИ – 11 марта исполнилось 15 лет со дня Великого Восточно-Японского землетрясения, которое запомнилось гибелью большого количества жителей соседней страны, а в памяти большинства людей отложилось, в первую очередь, как катастрофу на атомной электростанции Фукусима в одноименно восточно-японской префектуре. На днях я уже рассказывал об этом событии в программах нашей телерадиокомпании, на правах человека, который оказался там через три дня после землетрясения, многое видел своими глазами и ощущал, как соучастник. Повторятся в деталях поэтому не буду, упомяну лишь еще раз о своих вынесенных ощущениях и убеждениях. Атом пугает всех, поэтому не удивительно, что большинству людей та японская трагедия запомнилась исключительно панической реакцией на происходящее на атомной электростанции. Думаю, многие помнят, как во Владивостоке скупали счетчики Гейгера и бутилированную воду. Ни то, ни другое, слава богу, не понадобилось. Но у страха глаза велики – поэтому именно эта сторона беды и запомнилась. Хотя настоящая беда тогда состояла в том, что не от атомной электростанции, не от землетрясения человеческих потерь-то особо не было. Зато почти 20 тысяч человек смыла гигантская волна цунами стремительно обрушившаяся на восточное побережье Японии. Вот это действительно была трагедия. Мир, конечно же, к сожалению, полон боли и катастроф, одни события наслаиваются на другие, и о том, что было чуть раньше, мы – в гигантском новостном потоке довольно быстро забываем. Думаю, что это нехорошо, тем более что из беды, постигшей соседей, было бы не худо и нам извлечь соответствующие уроки. Тем более, что не только традиционные Камчатку, Курилы и Сахалин, но и наше родное Приморье современная наука признает-таки весьма сейсмоопасной зоной. Готовы ли мы к такому повороту событий? Позвольте очень сильно в этом усомниться. В японских детсадах и школах абсолютно каждого ребенка с самого малолетства обучают, как вести себя в экстремальной ситуации природного катаклизма. И, поверьте, абсолютно у каждого японского ребенка, идущего в садик или в школу, в рюкзаке в абсолютно обязательном порядке лежит фонарик и бутылка питьевой воды. И что делать в первые минуты, они тоже достаточно отчетливо себе представляют. Может и нам пора перенять, а если и не перенять, то разработать аналогичные свои воспитательные алгоритмы? Видит бог, лишними они точно не будут. Но после вышеупомянутой японской катастрофы прошло аккурат полтора десятка лет, однако, насколько я знаю, в наших образовательных программах на этот счет мало, что поменялось. Не оказалось бы поздно, упаси господь, конечно.
Вообще вот эта дата 11 марта, то, что у игроков в лото называется барабанные палочки, стала у нас, на азиатском континенте каким-то черным днем. Именно в этот день, только уже в 2000 году, шесть лет назад Всемирная организации здравоохранения, ВОЗ, признала КОВИД планетарной пандемией. А началось-то все именно у нас, в Азии, в Китае. Оглядываешься – прошло-то всего шесть лет. Ну ведь всего ничего, если разобраться. А кажется, что было это в другой жизни. Если вообще было, конечно. Но было, действительно было. И масочный режим, и тотально массовая удаленная работа, и запрет выходить на улицы – только до магазина и обратно, и разрушение транспортных связей и свободы передвижения и так далее. Сейчас все это воспринимается, конечно, как дурной и страшный сон. Но через это сон, я бы даже сказал, через этот морок, мы все прошли совсем недавно. И обогатились опытом, который был недоступен предыдущим поколениям. Я думаю, что философское, метафизическое осмысление этого опыта, нам всем еще только предстоит, для этого, очевидно, должно пройти какое-то время. Это ведь как с большими войнами, что с 1-й мировой, что со 2-й, когда первые настоящие большие литературные произведения начали появляться через 10-15 лет. Так же предполагаю, будет и с КОВИДОМ, о котором мы, думаю, еще не раз вспомним, но уже с куда более холодными эмоциями.
На коду еще одна новость, которая, по большому счету и новостью-то не является, ибо по сути своей циклична и ежегодна. На приморском побережье – от Тумангана до Самарги – начался сезон спасения потерявшихся тюленят. Занимается этим, как мы все хорошо знаем реабилитационный центр «Тюлень» и его хозяйка, прекрасная Лора Белоиван. Мы с ней дружим много лет, и я хорошо знаю, что значит для нее ежегодно этот временной отрезок – с марта по июль. С момента, когда начинают поступать первые тюленята-потеряшки, и до момента их – спасенных и подрощенных – выпуска в море. Лора делает очень большое дело, потому, главная цель и составляющая ее работа – это даже не спасение тюленей, как таковых (что, конечно, тоже важно), а гуманизация окружающего пространства.
Задумайтесь об этом.
Впрочем, думаю, что мои коллеги и, в первую очередь, Максим Каленник, в ближайшее время о Лоре и ее спасательном центре непременно расскажут куда подробнее. Потому что, на середину минувшей недели два тюлененка-постояльца у Лоры уже поселились.
Больше о знаковых и памятных датах предстоящей недели вы узнаете из программы «Календарь» на нашем канале. А это была программа «Особый взгляд с Андреем Островским». Береги себя и будьте, пожалуйста, здоровы и тогда, я надеюсь, ровно через неделю мы непременно вновь встретимся в эфире. Удачи!
