«Тюлений. Остров в океане. Спустя почти полвека». Часть вторая

Август, 2026-го. Седьмое лето подряд волонтеры из сообщества «Друзья океана» отправляются в экспедиции на остров Тюлений в Охотском море. У них есть всего полторы недели, чтобы помочь попавшим в беду морским котикам и сивучам. Эти поездки — их небольшой вклад в защиту морских млекопитающих Тихоокеанского бассейна. В этот раз на острове было снято большое документальное кино про ежегодную миссию волонтеров. Первую часть любопытный зритель уже посмотрел.

А ровно 45 лет назад на этом же острове работала киноэкспедиция документалистов из Владивостока. Творческая группа студии «Дальтелефильм» работала на Тюленьем два месяца. Их лента «Остров в океане» станет победителем ряда фестивалей документального кино, в том числе международных. Права на показ приобретут телекомпании Японии, Канады, Польши, Болгарии, Финляндии. Мы предлагаем любопытному зрителю вторую часть большого репортажа «Тюлений. Остров в океане. Спустя почти полвека». Воспоминания участников таких совершенно разных экспедиций 1981-го и 2026-го.

— Да, конечно, мы естественно уведомляем МЧС о наших передвижениях. Когда мы вышли, когда прибыли, поскольку это Охотское море, условия могут быть разными, но у нас в команде очень опытные капитаны, в том числе океанские капитаны, бывшие сотрудники МЧС с многолетним стажем, они умеют читать море. В прошлом году мимо наших берегов проходило судно. Большое, исследовательское. И вот благодаря этим людям мы узнали, что на Камчатке было сильнейшее землетрясение в прошлом году. И они нам рекомендовали скорее уходить с острова. Наша экспедиция заняла, кажется, 8 суток вместо 10. Мы убежали с острова, потому как нас предупредили. Действительно был очень сильный шторм. И нам просто повезло, что вот эти люди нам сообщили о надвигающейся непогоде.

 Юрий Смитюк фотокорреспондент, видеограф:

«Моя первая экспедиция на остров Тюлене состоялась в 2024 году. Это моя третья экспедиция. Мы в августе вернулись с седьмой уже по счёту экспедиции группы помощи „Друзья океана“, организованную сахалинской группой помощи. Слушай, ну, перед тем как выехать в экспедицию, мы готовились к этому год. То есть я учился не снимать сюжет, не снимать фильм, а учился, в том числе, участвовать в спасательных операциях. Мы в течение года изучали очень большую объёмную часть. Это была методика, разработанная группой, поскольку экспедиция седьмая, то методика уже была отработана и закреплена. Мы изучали нюансы методики, мы изучали типы распутываний, как мы можем помогать животным при каких ситуациях и обстоятельствах. И, собственно, последним этапом на Сахалине был сбор. Со всей страны приехали люди, кто прошёл тестирование и предварительный отбор. Мы участвовали в практической части этого обучения. То есть мы на плюшевом сивуче занимались распутыванием. Мы делали выстрелы из специального ружья. Оно называется инъектор.

То есть с разных расстояний, учитывая силу ветра. Мы делали выстрелы из инъектора. Мы работали с сачком. И мы работали с шестом. Это три основных способа распутывания тюленя на острове. И, собственно, выдвинулись в экспедицию».

Небольшое напоминание. Их всего-то человек 10-15, как правило, не больше. Семь лет подряд они, благодаря частным пожертвованиям и собственным вложениям, высаживаются на остров Тюлений и спасают местных бедолаг из плена —  пластиковые упаковочные кольца, всевозможные рыболовные сети, перепутанные веревки. Подготовка к такой экспедиции занимает несколько месяцев, учитывается множество деталей. Ведь ни магазинов, ни травмпункта на Тюленьем нет. Там вообще ничего нет, кроме старого огромного барака еще советской постройки, голой скалы и бескрайнего моря. Пресной воды нет, деревьев нет. Зато круглосуточно орут чайки, кайры, сивучи и морские котики. А еще шум прибоя и ветра.

Юрий Смитюк фотокорреспондент, видеограф:

«Естественно, ты берёшь с собой в экспедицию по максимуму. Ты берёшь там трое штанов. Учитывая сахалинский климат даже летом, учитывая суровое Охотское море, ты всегда берёшь с собой, можно в шутку сказать, плавательные трусы и шапку. То есть шапка, солнцезащитные очки, крем. Вообще на все случаи жизни.

Но оказавшись на острове, ты никогда не знаешь, какая будет погода. И ты можешь как всю экспедицию проходить в шапке и в дождевике, так и пробегать в лёгких штанах. То есть берём всегда по максимуму, но самое большое количество моих вещей это, собственно, сумки с оборудованием. Это два кейса, защищённых от воды и влаги, и ветра, и всяческих погодных условий, которые были наполнены оборудованием. То есть это батареи, это камеры, оптика и так далее.

Невозможно привыкнуть к постоянному шуму. Во-первых, это запах.

Остров начинаешь чувствовать примерно за 5-7 километров. Ты ещё остров глазами не видишь, но ты его уже чувствуешь по запаху. Это самое большое репродуктивное лежбище тюленей в России и одно из самых больших в мире.

Там огромная плотность животных. Тюленей считают учёные, а птиц там около полутора миллионов. Это всё кричит 24 часа в сутки и пахнет. К этому нужно было привыкнуть довольно быстро. У нас остался от советского прошлого дом трёхэтажный, в котором мы навели порядок, создали уют, помыли окна, и там было довольно комфортно».

Полвека назад, когда сюда же высадилась киноэкспедиция «Дальтелефильма», обстановка здесь была практически такая же. За исключением, разве что, наличия условного бытового комфорта — как никак и постройки были новыми, и их содержимое.

Елена Сорокина журналист:

«Вообще, много было таких экспедиций в истории „Дальтелефильма“. Потому что была Камчатка, был Сахалин, были Курилы. Но для Олега Александровича, наверное, этот фильм не типичен. И, зная, на сколько мы едем, он готовился к нему крайне скрупулезно. Он всегда так делал. Поэтому у нас была обширная смета. Большая группа, которая включала: ассистента режиссера, ассистента оператора, два высокопрофессиональных оператора и звукорежиссера. Не будем забывать, что Юрий Дэка в то время у нас был, пожалуй, единственный оператор, который занимался подводными съемками. Мы готовились. Соответственно, что можно взять с собой в экспедицию? Куртку, шапку, особенно когда впереди лето, а ты едешь в эти холода. Я очень жалею о том, что у меня не было с собой книг. Потому что на этом острове четыре часа в день давали электричество Там не было не то что света. Там нельзя было произносить громкие звуки, там не летали самолеты над этим островом, не ходили никакие катера. Там были проблемы с водой. И, в основном, когда мы там были, мы после этого с оказией заказывали в Паранайске какие-то витамины, чтобы цингой не заболеть элементарно! Там приходилось постоянно полоскать зубы морской водой. Поэтому да… Я брала с собой защитный крем, который мне абсолютно не пригодился. А книжки были прочитаны буквально в первую же неделю. Но много их тоже невозможно было читать, потому что было темно».

Олег Александрович Канищев. Это была его идея снять фильм на Тюленьем, он защищал перед худсоветом необходимость экспедиции, состав экспедиции и ее немалый бюджет. Сценарист и кинорежиссер, Союз кинематографистов Советского Союза, Гильдия кинорежиссеров России. На «Дальтелефильм» он перешел из Владивостокской студии телевидения звукорежиссером в 1964-м и посвятил ему 30 лет. Он тяготел к поэтическим фильмам. Восемнадцать его кинолент отмечены тридцатью двумя наградами региональных, союзных, всесоюзных и международных фестивалей. Среди них — одиннадцать взяли главный приз.

Елена Сорокина журналист:

«Я хочу сказать, что с нами был ассистент-оператор Анатолий Филатов, который там, на острове, начал писать. В итоге получился очень приличный, достаточно известный писатель. Детский писатель и автор журнала „Алые паруса юности“. Он долго потом издавался. И это все начиналось там, на Тюленьем. Мне было там 20 с хвостиком лет, я очень хотела поехать в Москву. Это же фильм, который делался на пленке, и мне нужно было везти этот фильм на проявку. А у меня там бабушка любимая. Как это бывает, очень хотелось в Москву. В итоге, можете представить мои чувства, когда уезжали оператор и звукооператор. Да, собственно, заниматься было нечем. Потому что не было погоды. И, естественно, это планировалось как большой полнометражный фильм. И там был очень способный сценарист Владислав Оникеев, корреспондент газеты „Советская Россия“. И это, конечно же, было про наш советский образ жизни. Но, поскольку погоды не было и был туман. И, естественно, это Олег Александрович с просто виртуозным монтажом. Потому что нет общих кадров. Если посмотреть этот фильм, кадров нет. И то, что в последний момент, получив пленку, из-за брака буквально там осталась одна треть, потому что фильм должен был быть большой. Он придумал эту историю романтическую. Вообще, такой романтический режиссер-документалист был. Придумал эту историю про котиков, про их знакомство, про отношения на пляже. Я вас уверяю, там все было гораздо серьезнее и жестче».

Весной 1981-го Канищев ведет сложный отбор участников киноэкспедиции. Личные качества и профессиональные должны совпадать. И творческая натура, некий жизненный, житейский опыт… Конечно же, дисциплина. Готовность работать в совершенно оторванных от цивилизации условиях. Так в группе оказался Анатолий Филатов — тогда он был ассистентом оператора. Именно ему, в процессе съемок, пришлось заменить основного кинооператора, который не выдержал условий работы и проживания на острове и эвакуировался ближайшим катером на материк.

Елена Сорокина журналист:

«Я понимаю, почему сразу же практически уехали оператор и звукорежиссер, это психологически очень сложно. Там раннее утро, иду я, там очень ограниченные возможности для каких-то прогулок. Сидит наш прекрасный звукорежиссер, который мне… Вот представьте себе, тишина абсолютно, кроме дикой природы: „Вы зачем большую студию Дома радио переделали под комсомольские собрания, там концерты надо писать, а вы что делаете?!“. Я говорю: „Хорошо, хорошо, мы больше не будем“, и задним ходом ухожу.

Это огромная скала в океане. Наверху птицы кайры, которые все время орут. Внизу на пляже котики. И наша задача была — снять весь цикл их, скажем, пребывания на острове. А он достаточно обширный. То есть сначала приплывали секачи, занимали себе места, дрались друг с другом. Потом приплывали самки, потом рожали потомство. Буквально по всему острову. Потом все любили друг друга и плавали в море. То есть вообще рассказать об этом каким-то романтичным языком сложно. А бытовые условия. Между котиками и птицами находился наш дом. То есть в доме жила забойная бригада, научники СахТИНРО и наша съемочная группа. Еще были две поварихи, которые, в основном, готовили кайрийные яйца на завтрак. И какую-нибудь салонину на обед. И были биологи СахТИНРО. Я жила в комнате с пятью женщинами, нас было 6 человек. Аристократ Олег Александрович Канищев, наверное, там человек 4-5 тоже было. Мы научились все стирать в морской воде, играть в настольный теннис. Но, пожалуй, все развлечения. Вообще мы все очень хотели домой. Я писала километровые письма! Плюс ко всему можно было отправлять телеграммы. Но телеграммы… Там не было помимо библиотеки, света и воды, там не было абсолютно спиртного. И получилось так, что каждый из нас брал по бутылке водки. И потом нас угостили рыбаки рыбой и мы зажарили. И Олег Александрович, разломив, увидел там гельминт. Он сказал: «Так, все, дезинфекция!». В общем дезинфекции хватило на два дня. После этого все были здоровы. Но опять, я скажу. Если я отправляла телеграмму и мне нужно было это срочно сделать, то я несла рюмочку своего лосьона. Иначе, без этого, телеграмма никуда не уходила. Один раз нас, правда, возили собирать бруснику на баркасе. Потом мы долго бегали по тундре, собирали эту бруснику. Потом мы бегали от медведей. Вообще, мне кажется, что там нужно было снимать кино не про котиков, а про то, как там живут люди».

Юрий Смитюк фотокорреспондент, видеограф:

«Когда мы едем в экспедицию, мы готовимся к тому, что 10 дней у нас не будет душа.

Средства личной гигиены — это всё нужно было брать с собой, поскольку может быть очень жарко. Ты работаешь на лежбище в специальном костюме, типа «Посейдон», такие замкнутые костюмы, плотные, они непромокаемые, и в них очень жарко работать. Ты приходишь с лежбища, его снимаешь всегда, ходишь по дому в домашней одежде. В общем, запахами ты весь пропитываешься, но через какой-то день, через какие-то дни ты начинаешь относиться к этому абсолютно нормально, потому что от всех так пахнет, от всех участников экспедиции.

Мы едем на резиновых лодках и везём с собой оборудование, воду, людей.

Это тот ещё квест. Это топливо, поскольку на острове нет в том числе никаких источников. Солнечные батареи практически не работают, потому что это очень быстро загаживается птицами. У нас есть генератор, мы подаем электричество вечером, запитываем ноутбуки, запитываем оборудование, готовим на газу, газ тоже везём с собой.

Вечером, наоборот, всем хочется собраться за кружечкой чая, шутить, обсудить все наши действия, исправить какие-то ошибки, обняться и, в общем, пойти спать.

Мы когда приезжаем на остров, мы сразу расписываем в первый же день дежурства. У нас дежурят попарно. Завтрак, перекус, обед и ужин. Два человека каждый день из команды остаются готовить еду, убираться в доме. Каждый, если есть свободное время, можно подмести, банально окна помыть. Мы всегда с собой в экспедицию берём какие-то приятные штуки. Арбуз, мы в этом году два арбуза брали. Мы берём с собой огромную банку железную с огурцами маринованными. Это у нас целый ритуал по вскрытию болгаркой этой банки огурцов.

Собственно, список блюд не такой, не такой, собственно, грандиозный, но работаем с тем, что есть. Например, с прошлых годов у нас осталась куча консервов. Мы каждый год делаем описи того, что мы оставили на острове, что оставили свежего, что в прошлых годах. И наша задача это все подъесть. То, что уже там лежит два года более. Вот мы готовим всякие салатики из консервированных овощей.

А в этом году мы с собой решили взять свежемороженую курицу, сделали классный ужин с жареной курицей и картошечкой. Ну, это простые, обычные блюда. То есть это супы, какие-то салаты. Без изысков.

Современная техника позволяет снять кино в одиночку. Правда, это не означает что бюджет мероприятия автоматически уменьшается. Нет. Все относительно, и как считать. Заказов на такие съемки в стране сейчас практически нет, а система Гостелерадио и ее подведомственной структуры — Творческого объединения «Экран» — которое и формировало задачи региональным студиям — всё это осталось где-то за горизонтом. Поэтому финансовая составляющая таких съемок в наши дни ложится, в основном, на самих участников, авторов. В советское время такое и в голову не могло прийти. Елена Сорокина в 81 году на Тюленьем была ассистентом режисера, Олега Канищева».

Елена Сорокина, журналист:

«Олег Александрович, он же очень любил постановочные кадры. Естественно, флаг мы организовывали, линейку выстраивали. Биолога с пробирками сажали на берег моря. Но, в основном, наша работа там заключалась в том, что мы вешали камеру на забор и ждали погоду. И как только она бывала, мы неслись, что-то хотя бы подснять. Потому что на самом деле это же было производство. И если бы мы ничего не привезли, то дальше фильм не получил бы премию, не выполнили план. То есть, совершенно другие были условия. И нужно было сделать что-то любой ценой. А любой ценой тут ничего не сделаешь. Олег Александрович сделал этот шедевр. Хотя, если серьезно говорить, то классика это же то, что проверяется временем. И этот фильм до сих пор смотрится интересно. Значит у него получилось».

Елена Сорокина, журналист:

«В обязанности ассистента режиссера входит организация процесса съемки. Собственно, поэтому я и нажимала на камеру на заборе. И работа с пленкой. То есть тогда это же был процесс не такой, как сегодня. То есть пленка приходила в больших рулонах, она разрезалась, каждый кадр подписывался. Допустим, там „чайка крупная“, „чайка общий“, „берег моря“, „котик кричит“. Все это складывалось в большие коробки. Причем коробки эти, круглые такие, укладывались в специальные ящики. И когда режиссер говорил: „Лена, „крупный план“, „берег моря“, „котик кричит“», я должна была приносить этот план. Естественно, когда я это разрезала и видела сколько там брака, я просто рыдала. А после этого я писала монтажные листы. Для того, чтобы этот фильм уже склеить. И проявлялся по-новому, тиражировался. Вот такая была моя работа. На острове я помогала режиссеру. Кстати, я отвечала за дисциплину. Это было очень смешно. Потому что, собственно, делать там особо нечего. И дисциплины там особо не требовалось. И, например, там Олег Александрович, говорит: «Лена, нечего делать, давай ко Дню рыбака газету сделаем!» Для забойной бригады, которая ходит по берегу и лупит там котиков, убивали холостяков. Их убивают таким образом — оглушают по носу дубиной, а потом убивают ножом в сердце. Я говорю, я для этих людей делать ничего не буду. Хотя люди там были, вообще, неплохие, конечно. В итоге потом этих котиков их обрабатывали. Шкуру снимали и шкуру миздрили. Это такой процесс, когда снимается жир со шкуры. Потом она сушится и идет на шубу. И Олег Александрович сам сделал газету. Можете представить в моем лице, когда я читаю: «Миздрить всегда, миздрить везде» — вот лозунг мой…». Изгалялись, как в могли».

Юрий Смитюк фотокорреспондент, видеограф:

«Вот то, что начинает хотеться больше всего, все это известно — это сладости. Мы в этом году практиковали такую историю. Каждый участник экспедиции взял секретные вкусняшки. Мы взяли из Владивостока с собой китайские конфеты. Мы взяли халву, которая с нами приехала обратно. Все что угодно. Какие-то маленькие приятные вещи. У нас девушка приехала одна из Крыма. Она привезла с собой какие-то вкусняшки кавказские оттуда. Такие всякие штуковины. У нас в этом году мы жарили пирожки. Прямо там на острове. Замешивали тесто, делали пирожки».

Елена Сорокина журналист:

«Самым главным деликатесом это были сушеные фрукты из компота, потому что, собственно, есть было особенно нечего, и даже эти кайренные яйца не так пахнут рыбой. Там совершенно голубой белок и огромный оранжевый желток. Вот и признаюсь, я говорила: давайте убьем кайру, сварим бульон, очень мяса хочется. Девушка-биолог из СахТИНРО говорила: „Лена, ты что? Это же кайрушеньки, они же мои любимые, они ж такие прекрасные. В итоге, через два месяца, когда мы приехали на Сахалин, нас повезли в ресторан и говорят — вот у нас в гостях из Владивостока, им, пожалуйста, каких-нибудь морепродуктов интересных. Я сказала — мясо есть и помидоры? Помидоры со сметаной, две порции, пожалуйста! Потому что, ну, реально, человек очень меняется в этих условиях. И тогда мне казался Южно-Сахалинск огромным городом, я боялась переходить дорогу, потому что очень боялась что машина собьет“.

Елена Сорокина журналист:

«Естественно, поскольку заниматься было нечем, особенно мы помогали научным сотрудникам СахТИНРО, рассказываю о том, что творится на пляже. То есть нужно было стоять на вышке и фиксировать количество коитусов, особенно на определенном участке земли. То есть, скажем, это же гарем, там один большой самец и несколько самок. Сколько встреч у него случится, у кого больше, тот днем и победил. И естественно, когда ты приходишь в столовую и кричишь: „Ребята, у меня сегодня было восемь коитусов!“ и „У меня Яша, вообще, молодец!“ Такое ощущение, что это с тобой случилось, а не с Яшей. Хотя там были, конечно, прям такие самцы-производители, которые были на карандаше у СахТИНРОвского начальства».

В наши дни с Тюленьего шкуры уже не привозят. Оттуда на материк попадают медиаматериалы для выставок, экранных показов. Задача сообщества «Друзья океана» сделать их доступными для всех, особенно в морских регионах.

Максим Каленник. "Вести: Приморье".

"Вести: Приморье" в МАХ. Подписывайтесь!