Во Владивостоке выселяют единственную на Дальнем Востоке коррозионную станцию РАН. Видеорепортаж Максима Каленника

Почти полвека небольшая группа владивостокских ученых изучает ржавчину. Множество научных работ и бесценные данные для разных областей промышленности от строительства до космоса. Единственная в Сибири и на Тихоокеанском побережье - уникальная Дальневосточная коррозионная станция может приказать долго жить. Новый собственник выгоняет ее сотрудников с земельного участка.

Юлия Панченко, начальник Дальневосточной коррозионной станции Института физической химии и электрохимии РАН: "Это метод определения хлорида в отложениях на мокрую свечу. Это международный стандарт, других нет. А это то же самое, только не на мокрой свече, а на пластине. Вот тут море со всех сторон, и пластины установлены, как образцы, но разница в показаниях обязательно будет".

Двухэтажный каркас из металлоконструкций для уникальной научной организации - Дальневосточной коррозионной станции Российской академии наук. Его шесть лет назад обанкротившийся "Дальспецтрой" поставил взамен старой, снесенной - она стояла выше на склоне, но мешала большому строительству на Патрокле. До ума новый лабораторный корпус не довели и ученным не передали.

Юлия Панченко, начальник Дальневосточной коррозионной станции Института физической химии и электрохимии РАН: "Если вы посмотрите в том здании, там несущие конструкции - стальные. И они были оцинкованы, но его уже нет. Морской климат его сожрал. За три года там все съедено. Вот такая интересная наука".

Всего за три года коррозия съела здание, в котором, собственно, её родимую, и должны были изучать.

Максим Каленник, корреспондент: "Странные железяки висят и круглый год солнечные ванны принимают. Это не сбор старого хлама и даже не металлолом. Стальные, цинковые, медные и алюминиевые пластинки ржавеют здесь исключительно с научной целью".

Юлия Панченко, начальник Дальневосточной коррозионной станции Института физической химии и электрохимии РАН: "Это называется коррозионной станцией, но на самом деле это испытательный полигон, где разные материалы, и лаки, и краски, и пластик, подвергаются деструкции. Все материалы. И коррозионных станций очень много во всем мире".

На всю Россию таких станций всего четыре, но владивостокская - особенная. Кто бы мог подумать, внешне всё выглядит очень неказисто, но именно здесь, в двух контейнерах за забором, серьезные исследования проходят. Их результаты для промышленности - на вес золота.

Людмила Николаева, младший научный сотрудник: "Что делает хрупкая красивая девушка в мире ржавчины?! Я не специально, я пришла в лабораторию, а вышло, что не понятно где. Я больше десяти лет изучаю это. Научная работа иногда бывает интересной. Все стареет, и люди, и металл. Я - не железная леди".

Со всеми железками на выход! Через год Дальневосточной коррозионной станции полвека стукнет, но юбилея может не случиться. В сентябре этот клочок земли, который обещали, но за учеными так и не закрепили, на аукционе по продаже имущества "Дальспецстроя" за 12,5 млн. рублей купило АО «Противооползневые работы» из далекого Нижнего Новгорода. Для каких целей - непонятно, но станцию со всем научно ржавеющим добром попросили съехать. В бухте Патрокл на берегу Уссурийского залива Дальневосточная станция находится неслучайно - идеальное место для опытов. Казалось бы, весь город морем окружен, но именно здесь условия для металла самые невыносимые. Ветра, морская соль, палящее солнце, прилипающие туманы, насыщенные недружественным тихоокеанским хлоридом.

Юлия Панченко, начальник Дальневосточной коррозионной станции Института физической химии и электрохимии РАН: "Почему мы не можем далеко удаляться от этого места!? Материалы разрушаются от воздействия атмосферы и ее загрязненности. А еще близость моря важна, здесь же хлориды! Хлориды - это самый активный агент, который разрушает металлы. Жестче нет!"

Станция подчиняется напрямую Москве - Институту физической химии и электрохимии Российской академии наук. Результаты исследований владивостокской ржавчины крайне важны для кораблестроителей, авиации, космоса, Министерства обороны, строительной отрасли, железной дороги. Коллектив станции - всего три человека. Но смогут ли они и дальше наукой заниматься!? За приказавшим долго жить и обещавшим "Дальспецстроем" с его преемником, как известно, всё-таки заржавело, а продажа их имущества проходит куда быстрее коррозии металла. В то же время, судя по переписке, со стороны РАН особого участия в поиске выхода из ситуации тоже не наблюдается. Похоже, что вопрос о постоянной прописке единственной на Дальнем Востоке коррозионной станции насквозь проржавел где-то между ведомствами.

Источник: "Вести:Приморье" [ www.vestiprim.ru ]

Ваша оценка данного материала:

Загрузка...