Приморье - территория дружбы. Специальный репортаж

Таёжная приморская глубинка помнит не только своих первооткрывателей-казаков, но и тот народ, что принёс в край зеленых сопок и голубых рек, сочный певучий язык. Украинцы тотчас же поставили на суровой земле белые хатки и посадили алые мальвы. Но это - лишь образ. На самом деле всё было намного интересней. В нашей рубрике «Приморье — территория дружбы» сегодня — специальный репортаж Ольги Катренко из Калиновки и Ясной Поляны.

Надежда Покрашенко, жительница с. Ясная Поляна: «Родилась я на Украине. 13 лет когда мне было, мои родители, мой отец, по переселению поехали на Дальний Восток. Везли нас в товарных вагонах -  не таких, как сейчас ездят, а как раньше — скотинку. Ехали с Запада, люди картошку, коров везли. Где я жила? Полтавская область, Гадячский район, село Рашевка».

Мария Здор, жительница с. Калиновка: «Мы жили дуже дружно. Они через дорогу от нас были: мы... каже, у нас нету соли, я иду до них, у них нет — бежит до мени. Вот так люди жили. На самой границе с Польшей. В 40-м году отец мой уехал, як это называлось, то вербовка. По вербовке на Дальний Восток, и сюда уже ж приехал, он и облюбовал вот эту Калиновку. Каменец-Подольская область, Изяславский район, село Влашеновка. Вот, Роман, там живёт, они ездили. Роман приехал, говорит: "Ой, Мария, дом Ваш стоит, что Вы жили. Сельсовет сейчас в нём"».

Две женщины, две разные судьбы. А параллели есть. И не только в украинских корнях дело, хотя Надежда Степановна Покрашенко родом с восточной Полтавщины, а Мария Ивановна Здор из западенцев: теперь её Каменец-Подольская стала Хмельницкой областью. Переселенческие пути, год, когда оказались они на Дальнем Востоке — один — 41-ый.  И местность — приморская таёжная глубинка, где не слышно ещё дыхания наступающей грозы — огромного человеческого бедствия. Но совсем немного оставалось до войны.

Надежда Покрашенко, жительница с. Ясная Поляна: «Привезли нас в ту Люторгу, вот встаём. На Украине же сопок нет, там ровно, деревню от деревни видно. А тут ночью нас привезли. Утром встаю, вышли на улицу. Иииииии! А куда мы ехали? Где дорога, что мы ехали, как будто провалились в яму. Сопки кругом, а мы внизу. Мы давай плакать. Папку просила, отвези нас назад, куда ты нас завёз?»

Как прирастают к чужим краям? То великая сила людской природы. Заботы быстро пролетевшего отрочества. Открытия юности. И первое - любовь. Когда бабушка Надя, а ей 92 сейчас, встретила супруга, детки рождались год через два. Шестеро. Первые появились на свет в Люторге, нет теперь той деревушки на карте. Только Ясная Поляна с крылечком старенького дома.

Надежда Покрашенко, жительница с. Ясная Поляна: «Думаю, всё, как рожу дочку, назову Нина, как родится сын... Уже четверо сыновей народилось, и была акушерка, Нина Михайловна. Говорю, у меня уже имён не хватает на моих детей, как мне их назвать?»

Смеётся, конечно, Надежда Степановна. Кладезь тёплого юмора и таких жизненных историй, что позавидовать можно. Про мишку гималайского, например. Вот работала в леспромхозе. Вышли как-то в смену бригадой из двух девушек и опытного вальщика. Приметили старый кедр с дуплом небольшим и царапинами. Ну, точно мишка там.

Надежда Покрашенко, жительница с. Ясная Поляна: «А-ну, давайте свалим, кедра была сухая, свалим, поглядим, какой этот медведь. Он — куда вы тикать будете? А куда ты, туда и мы, говорю. Не, я боюсь, валить не буду, ну и не надо. Тут он пошел на больничный, другой вальщик вышел, я пристала: свали это дерево да свали, я хочу поглядеть, какой медведь. Интересно, как он залез туда и сидит. Свалил он. Бревно как упало поперёк дороги и раскололось. Я взяла, вот так щепку откинула, каску сняла, голова-то не лезет в каске. Сняла, засунула голову в дупло, темно там, ничего не видно. А вальщик говорит: там медведь. Где? А он ногу вот так высунул. Я как заорала! Ой, медведь лезет! А снегу много было тогда. Я пока до волока добегла, чтобы утекти, не оглядываюсь, ничего. А он вылез из этого бревна и по лесу пошёл — только жёлтые пятна — пыль разнёс. Не сильно большой, в два раза больше моего Кузи».

Кузя спрятаться норовит, а мы смеёмся до слёз. Впору бабушке Наде из Ясной Поляны свои басни слагать. Но она вспоминает детство: Украину и пятёрки по родному языку. Нам читает «Конька-стребунца», авторства Леонида Глибова, легендарного земляка-полтавчанина, которого называли украинским Эзопом: «И веселый, и певучий... чи пшениченьку, чи жито до скочу раскошувал, и целисенькое лито не воваючи спевал».

Вот уж точно не антигерой классической сатиры, из трудяг-муравьёв Мария Здор. И теперь на заре встаёт. И до сих пор беленькая хатка её смотрится так по-украински чисто и красиво.

Мария Здор, жительница с. Калиновка: «Хата-хата. Коло хаты треба руки. У мене уже нема никого. Вот, смотрите, ходить не могу, нести в руках не могу, ох, вот так вот встаю на огороде — сапку взяла, и вот с утра и до вечера я могу — вот как ты, говорят, Мария, такая жара. А мне в спину солнышко греет. О, я буду сапать с утра, если б не хотелось воды и перекусить, я б даже не приходила бы. Сапала бы да сапала. А вот, бачты, ходить не могу. Спину совсем сковало».

Крынка, яркие цветы и глаза её, как в молодости, голубые. Украинку Марию сразу примечаешь на фотографиях. Светленькая. С юных лет в поле да на ферме. Наравне со взрослыми принимала роды, доила бурёнок. А ведь покладистыми были не все. Помнит один день, когда председатель колхоза, сам того не понимая, наверное, сделал ей лучший комплимент.

Мария Здор, жительница с. Калиновка: «Женщины, чую, говорят:  Галактионович, ты бы там проследил за ею, как она доит тех коров, всё ж-таки дитё. А он — она всех вас еще научит. А я их жалела. Я в 7 лет начала доить корову свою домашнюю. И вот в 77 бросила, всё уже, силы нету».

Если б кто помогал ухаживать, добавляет бабушка Мария, то доила бы до сих пор. И как обидно и больно было работящей украинке, когда закрыли в спасской Калиновке ферму.

Когда в Ясной Поляне перестал работать леспромхоз, Надежда Степановна взялась за книги.

Перелистала, вспомнила всего баснописца Глибова. Вот к Толстому, тому, что в своё время из другой, но тоже Ясной Поляны ушел в люди — пока не подступалась. Больно могучи его тома.

А речь, родная, украинская, что в Калиновке, что в Ясной Поляне — накрепко переплелась с зелеными сопками, сочным таёжным воздухом. И слышится она то в дожде, что колотит по крынкам, то  в песне горной реки, под шатким мостом. Словно тут и была. 

Источник: "Вести:Приморье" [ www.vestiprim.ru ]

Ваша оценка данного материала:

Загрузка...
Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 90 дней со дня публикации.