«Обелиски – память приморского сердца»: Герои далекой той войны. Спецрепортаж Ольги Катренко

Мы хотели вспомнить всех павших и тех, кто вернулся, и кого уже нет с нами — героев далекой той войны. А получилось разбередить души земляков и воспоминания близких, увидеть самые дальние приморские сёла, такие деревеньки, где всего два живых двора, но памятник в честь воинов Великой Победы — присмотрен, площадка перед ним ухожена.

Проект «Обелиски — память приморского сердца» о том, как мы относимся к прошлому, где бы не жили. И в глубинке всё намного искреннее, как ни крути. Лишь несколько наших новых друзей из малой доли мест, где пришлось побывать — в специальном репортаже Ольги Катренко.

Весёлый Яр — залив Владимира. Устье нерестовой Тумановки. Рыбацкие колхозы, а во время войны — уникальное предприятие, где из водорослей готовили антисептик для фронта. Ламинарию собирали тогда все, а Лидочка лишь родилась — отец успел пронести на руках из роддома, вдоль родного берега, и ушел на войну. Не вернулся. И почти на то место, откуда уходил Борис Прокопенюк, через много лет поставили этот памятник.

Лидия Гулина, дочь фронтовика: «Кто меня воспитывал там, уже в гарнизоне, а моряки. Они меня встречали и говорили. Они видели, что я худая и брошенная: Лидочка, ты приходи к нам покушать, а там был мичман суровый, сказал — нет, девочкам тут не место, а матросики шепнули, приходи, Лидочка, в кочегарке поешь. Мы тебя встретим. А что ты, Лидочка, читаешь? Три медведя. Не смешно, надо читать толстые книги. Пошла за толстыми в гарнизонную библиотеку: выбрала. Вальтер Скотт «Айвенго», Парфёнов «Бруски», пойдёт! Кронин «Замок Броуди». Донесёшь?».

Она стала учителем литературы, сирота Лидочка. А гарнизон — это соседняя Ракушка, база подводных лодок, откуда во время войны отправлялись экипаж за экипажем. Возвратились не все. Моряки-подводники 29-й дивизии однажды расчистили площадку и установили обелиск в честь 30-летия Победы.

Александр Пьянков, капитан 2 ранга в отставке: «Был в то время, служил там один матрос, сейчас фамилию найду, извините. Ерошкин Иван, он не окончил архитектурный институт, но был парень очень талантливый, и вот, собственно говоря, им, под руководством политического отдела был разработан проект вот этой площади и сам памятник».

Памятники повсюду возводили на народные деньги. Где-то устраивали сборы, субботники, отдавали, почти как в войну, зарплату, накопления. Подводникам в 74-м помогли молодые горняки из Кавалерово. Вместе они заложили в бетон капсулу с обращением к комсомольцам 2000-х годов. Так и хранится она невостребованной, а за обелиском присматривают старожилы.

Игумен Роман Медведев, настоятель Храма Святителя Иннокентия, Митрополита Московского: «Как один здешний житель сказал — учитель: Приозёрное из Советского Союза вышло, но пока еще никуда не вошло. Памятника здесь не было, но мы, конечно, сначала занялись церковными делами, тут у нас домик, который оборудовали под часовню, службы идут, заложили храм. Ну а когда подошло время, 9 мая, задумались. Быстренько начертили. В форме креста и в форме ангела получилось, и наш прихожанин, Роман Васюсин, тут их большая семья живёт, смастерил, сделал. В честь Георгия Победоносца, потому что Победа была в 1945-м году в день Пасхи, день Георгия Победоносца. Мы посвятили этот памятник всем воинам, защитившим нашу русскую державу».

Приозерное - от дороги на Камень-Рыболов влево, к российско-китайской границе. Был здесь совхоз закрытой лагерной системы. Снабжали крупами и овощами советские зоны, вплоть до самой Колымы. Но первыми-то пришли на плодородные почвы вольные казаки. И настоятель здешнего храма, Игумен Роман Медведев, вместе с паствой, помыслами своими и делами, почитай, возвращает селу историческое дыхание.

Другое дело — Бельцово, самое дальнее в Яковлевском районе. Свежий ветер с Арсеньевки-реки, аромат отцветающих яблонь. Мы оказались там в июне, ближе к первому дню войны.

Клавдия Панасенко, жительница с. Бельцово: «Когда первый раз открыли и некоторые как увидели, что это, начали, знаете, так — ой, сыночек!».

- А правда, Клавдия Степановна, такой он русский?.

Клавдия Степановна: «Да, и стоит так — готов идти, с накидкой».

- А мне почему-то кажется, наоборот, он вернулся».

Клавдия Степановна: «Вернулся из боя?».

Клавдия Панасенко в 80-е годы, когда устанавливали в Бельцово обелиск, была в сельском профкоме. Она из тех горячих сердец, кто ближнему всегда поможет и Алеше обязательно — обелиск тоже нуждается в поддержке. Алеша, потому что песня, потому что в каждом возвращавшемся солдате матери видели сына. А через годы - в каждой фигуре на постаменте, как здесь или в Достоевке, — родного человека.

Тамара Веретинская год с небольшим всего знает о судьбе деда Михаила, но всегда приходила к обелиску.

Тамара Веретинская, внучка героя войны Михаила Губаря: «Я выросла в доме своего деда, но об этом не знала, воспитывалась бабушкой, его женой. Но она никогда о нем не рассказывала. Почему? Я только сейчас это поняла. Потому что он был пропавшим без вести, и похоронка на него не пришла. Бабушка моя так и умерла, не узнав о судьбе своего мужа, это очень обидно. А служил он в 415-й стрелковой дивизии, в отдельном саперном батальоне командиром отделения».

Погибали дальневосточники в 42-м, пропадали без вести под Сталинградом, шли с боями через всю Европу, и кто-то возвращался домой. В Иннокентьевке, что под Лесозаводском, шумят над сельским обелиском 44 сосны. Так однажды решили увековечить память земляков, оставшихся на полях сражений. О том, что вечнозеленые деревья — души солдат, расскажет вам любой. Теперь и Обелиск, и сосны на холсте приморского живописца.

Источник: "Вести:Приморье" [ www.vestiprim.ru ]

Ваша оценка данного материала

Загрузка...